Новости
История
Публикации
Документы
Фотоальбом
Справочник
Опросы
Гостиная
Форумы
Ссылки



Публикации
Закулисная дипломатия или кто у нас сегодня в «мудрецах».

Предстоящий визит Президента России в Японию предваряла встреча российско-японского «Совета мудрецов», состоявшаяся в начале февраля 2005 года. Важно знать, какую позицию в отношении японских притязаний на Курильские острова занимали так называемые «мудрецы» ранее. Поможет в этом книга «Россия и Япония: пропущенные вехи на пути к мирному договору» М., издательство «Бимпа»2001г., на страницах 181-187 которой опубликован нижеприведенный текст. Книга написана коллективом авторов под редакцией В.В. Аладьина. Он ученый, предприниматель и меценат, награжден за помощь Русской православной церкви орденом преподобного Сергия Радонежского. (интересно, что награду он получал из рук Епископа Сахалинского и Курильского Даниила в кафедральном Соборе г. Южно-Сахалинска).
Несколько слов о судьбе упомянутых в книге лиц. А. Вольский в «Совете мудрецов» и в руководстве объединений российской бизнес – элиты. В. Саплин – несколько лет был генконсулом России в Саппоро. Сейчас руководит японским направлением в МИД РФ, являясь заместителем директора первого департамента Азии. А. Панов до недавнего времени был послом России в Японии. Пару лет назад Сахалинская областная Дума своим постановлением даже обращала внимание руководства страны на его недопустимые антироссийские высказывания.
С учетом этих фактов очень тревожно настроение внимательных наблюдателей за процветанием японского лобби в правящих кругах современной России.

Депутат Сахалинской областной Думы,
координатор депутатского внефракционного
объединения «За Российские Курилы!»
С.А. Пономарев


Начало поворота.
«Дискуссия между СССР и Японией по территориальному вопросу имела место в трех четко очерченных, но пересекающихся уровнях выработки решений в Советском Союзе. На первом, дипломатическом, уровне территориальный вопрос обсуждался в открытых переговорах между высшими руководителями и анализировался в печати. Горбачев и Шеварднадзе, например, прямо сказали, что заключение мирного договора потребовало бы, по меньшей мере, признания в качестве отдельного положения наличия спора по территориальному вопросу.
Однако официальные заявления о стремлении и намерении достигнуть компромисса по данному вопросу варьировались в диапазоне от неопределенных до отрицательных. При этом территориальный вопрос непосредственно обсуждался (особенно после 1989 года) на втором уровне в более широких неофициальных или полуофициальных статьях политических обозревателей, специалистов из академических кругов и журналистов. Здесь спор шел не о том, стоит или нет искать пути для разрешения этого вопроса, а о том, как это сделать. Наконец, полемика об островах развивалась на третьем уровне – по официально санкционированным закулисным каналам с влиятельными лидерами Либерально-демократической партии (ЛДП) Японии. Именно здесь наметился прогресс в достижении договоренности. На этом уровне переговоры между высшими представителями сторон по формуле соглашения "острова за деньги" в конце 1990 года приобрели свои реальные очертания. Поскольку детали этих переговоров никогда официально не публиковались, их общая картина может быть нарисована только на основе некоторых конфиденциальных источников.

Мудрец Вольский.
Главным действующим лицом с советской стороны был Аркадий Вольский, старейший деятель КПСС, бывший помощник Андропова и Черненко. Его японским партнером был генеральный секретарь ЛДП Итиро Одзава.
Исходя из своего политического авторитета и личных отношений как с Горбачевым, так и с высокопоставленными японскими деятелями, Вольский занимал уникальное положение с точки зрения возможностей сыграть предназначенную ему деликатную роль.
Наряду с Яковлевым, Примаковым, Черняевым Вольский был одним из немногих лиц, кто имел прямую связь с Горбачевым. При энергичной поддержке руководства КПСС (отвечающего за промышленность) Вольский был избран в июне 1990 года президентом Научно-промышленного союза СССР – одной из новых добровольных ассоциаций, учрежденных в годы перестройки. Вольский проявлял острый интерес к улучшению отношений Советского Союза с Японией. Его знания об экономических успехах Японии коренились в его широких связях с руководителями Федерации экономических организаций (Кэйданрэн) Японии. Будущий сторонник рыночных реформ, он рассматривал Японию не только как пример успешно развивающейся капиталистической экономики, но и как потенциального главного партнера в долговременной реформе экономики Советского Союза и развития Дальнего Востока СССР. И неудивительно, что он взял на себя ответственность за установление выгодных условий деловых связей с японцами.
В сентябре 1990 года Вольский сообщил Сергею Григорьеву (в то время заместителю пресс-секретаря Горбачева), что японский представитель генсека ЛДП обратился к нему по вопросу о возможности сделки . После этого Вольский доложил об этом Горбачеву и Яковлеву, так как те поддерживали его намерение в проведении таких переговоров.
С точки зрения японской стороны, Вольский мог успешно открыть закулисный канал. Он имел не только многочисленные связи с руководителями деловых кругов и правительства Японии, но и прямой выход на Горбачева и Яковлева. В этом отношении и для Горбачева Вольский являлся идеально выбранным посредником. Он также был хорошо осведомлен о реальном состоянии экономики Японии, и Горбачев ему доверял. Более того, он был посланцем, который не вызывал подозрений, так как не занимал официального поста в администрации Горбачева. Как заявил позднее Григорьев, "Горбачев хотел обезопасить себя, так как все это дело могло быть весьма непопулярным" . Поскольку Горбачев не знал определенно, чем это закончилось бы, было бы важно (в случае необходимости) дистанцироваться от Вольского.

Переговоры в Токио. «Цена вопроса».
В 1990 году Вольский дважды (в октябре и декабре) побывал в Токио для переговоров с Одзава. В первую поездку в Японию он взял с собой двух сопровождающих. Одним из них был Геннадий Янаев, член Политбюро ЦК КПСС, ответственный за международные дела (летом 1990 года его сменил на этом посту Яковлев). Как бывший вице-президент Союза советских обществ дружбы и культурных связей с зарубежными странами (ССОД) Янаев часто посещал Японию, где у него были установлены хорошие связи. Вторым сопровождающим Вольского был Василий Саплин, сотрудник международного отдела ЦК КПСС. Григорьев рекомендовал его в качестве сопровождающего после того, как Вольский попросил подыскать ему кого-либо, кому можно было бы довериться в этом вопросе и чтобы он вместе с тем хорошо знал Японию. Саплин также имел опыт работы в ССОД и активно выступал за разрешение территориального вопроса в отношениях с Японией. Более того, он входил в состав парламентской делегации СССР, которая в 1989 году посетила Токио, и состоял в добрых отношениях с Черняевым. В декабре 1990 года Вольский совершил свою вторую в этом году поездку в Японию в сопровождении только Саплина. Тогда обе стороны достигли в принципе договоренности об уступке территории за сумму примерно в 26 млрд. долларов в виде экономической помощи и инвестиций.
Автор настоящей работы сумел получить копию оригинала документа, в котором были определены различные положения, касающиеся территориального вопроса, в которых содержались рекомендации для Горбачева по принятию решений в время его встречи на высоком уровне в Японии.

Труд япониста Саплина.
По просьбе Черняева документ, озаглавленный "Схема подготовки и проведения визита Президента СССР в Японию" , был разработан Саплиным, который был назначен тогда ответственным секретарем Комитета по подготовке советско-японской встречи на высшем уровне.
К концу декабря 1990 года проект упомянутого документа был направлен Черняеву для редактирования. Над текстом отредактированного документа рукой Черняева сделана надпись, что он "обсужден с Янаевым 19 января 1991 г." и "направлен М(ихаилу) С(ергеевичу) Горбачеву, К(арену) Брутенцу (первому заместителю заведующего международным отделом ЦК КПСС) и Г(еннадию) Янаеву 21 января 1991 г.".
Этот документ заслуживает серьезного внимания по следующим соображениям. Во-первых, в нем содержится убедительный вывод о вынужденном характере консенсуса по территориальному вопросу между ведущими деятелями и институтами, принимавшими политические решения накануне визита Горбачева в Японию. Во-вторых, в документе специально подтверждается наличие закулисного канала переговоров, включающих сделку "острова за наличные деньги" между представителями двух сторон. В заключение в документе предлагается, чтобы Горбачев, быть может, сам, по меньшей мере, обыграл идею достижения с Японией компромисса по данному вопросу.
Из стремления разработчиков данного решения понравиться своему руководителю и получить в ответ намек на положительный характер решения, предлагавшегося в проекте, можно заключить, что в период, когда был написан этот документ, его авторы и редакторы полагали, что имеется, по меньшей мере, достаточная вероятность того, что Горбачев одобрит формулу, включающую в себя ту или иную уступку территории. Григорьев подтверждает, что летом и осенью 1990 года, когда Горбачев сочувственно относился к обсуждению территориального вопроса между Вольским и Одзава, советники Президента СССР действовали, исходя из предположения, что он хочет найти способ возврата, по меньшей мере, части территории в обмен на экономические выгоды. Без такого урегулирования вопроса, который бы открыто выглядел как сделка "острова за наличные деньги".
Документ начинается с заявления, что цель визита Горбачева в Токио заключается в том, чтобы заложить основы для кардинальных изменений в советско-японских отношениях. Важность улучшения этих отношений для судьбы инициатив Москвы в Азиатско-Тихоокеанском регионе сравнима с аналогичными проблемами при урегулировании германской проблемы в Европе. Поскольку "Япония занимает ключевое положение в интеграционных процессах, охватывающих АТР, Москва не сможет присоединиться и принять участие в этих процессах без сотрудничества со стороны Японии". Для развития отношений, преимущественно экономических, с Японией "весьма важно добиться в будущем социально-экономического развития Восточной Сибири и Дальнего Востока".
В документе признается, что "территориальный вопрос" является "ключевым" вопросом, сохраняющимся в отношениях между Москвой и Токио, и что "успех или провал" визита Президента СССР в Японию зависит, главным образом, от того, будет ли найдена формула, которая отвечала бы следующим условиям:
- в ней не содержалось бы обещания вернуть Японии хоть какой-либо из островов до заключения мирного договора;
- в то же время в этой формуле открывались бы перспективы для будущих инициатив;
- в Японии ее оценили бы как реальный шаг вперед, ведущий к переговорам по территориальному вопросу. (Продемонстрировать Токио серьезность намерений Москвы). Параметры этой формулы показали бы готовность выработать мирный договор, признать наличие территориального вопроса как препятствия для этого оговора и указывалось бы на подтверждение предыдущих шагов в этой области.
В документе содержится также ряд других инициатив и предлагаемых решений. Прежде всего, в нем обобщаются две альтернативы, разработанные МИД СССР:
1. Возвратиться к условиям Совместной декларации СССР и Японии 1956 года, ратифицированной Верховным Советом СССР, то есть подтвердить намерение вернуть острова Хабомаи и Шикотан Японии после заключения мирного договора (не обсуждать проблему двух других островов).
2.Немедленно признать наличие территориального вопроса, но не идти далее. Выразить настоятельное стремление развивать экономические, научные и культурные связи в данном регионе и предоставить безвизовый режим для его посещения подданными Японии, но заявить, что для разрешения территориального вопроса необходимо создать новую атмосферу доверия.
В документе указывается, что вторая из этих двух альтернатив весьма близка к предложению, представленному на рассмотрение международным отделом ЦП КПСС, а именно: занять гибкую позицию, которая не предопределяла бы характер будущих инициатив, и продемонстрировать готовность обсуждать территориальный вопрос, но попытаться увязать его разрешение с общей эволюцией двусторонних отношений.
В своей книге о советско-японских отношениях Александр Панов, в тот период заместитель министра иностранных дел СССР, объясняет, что эти два плана были выработаны в конце ноября – начале декабря 1990 года. Именно Панов выдвинул идею "предложить Президенту СССР два плана и предоставить право выбора ему".

P.S. Видно, что М. Горбачев, подписав 18 апреля 1991 года Советско-японское заявление, выбрал второй путь, но пошёл по нему ещё дальше. Так, мы обнаружили, что чуть ли не задолжали Японии два самых крупных острова Курильской гряды – Кунашир и Итуруп. Но это уже другая история про то, как нобелевские лауреаты, якобы, взяток не берут.

С.А. Пономарев



Sakhalin Online - Сахалинские ресурсы в Сети Design: Plaksin.com
Copyright © 2004 - 2017 Sakh.com
SAKH.COM САХАЛИН · Новости · Погода · Афиша · Ночь · Фотоотчеты · Телепрограмма · Сахалин.Бизнес · Курсы валют · Скидки · Shoppy.ru · Карта · Путешествия · Расписания · Объявления · Работа · Недвижимость · Авто · Mobile · Web-камеры · Форум · Фотогалерея · Sakhalin.TV · Гороскопы · Анекдоты · Sakhalin Online · Опросы · Games · Чат · Jabber · Города · pda